Загляни к себе в душу. Видишь, что там за посиделки?
На полу в позе лотоса сидит толстое, разожравшееся Спокойствие, которое иронично косится на свою сестру Апатию. Та, оперевшись на спину старшего брата, смотрит в одну точку и не замечает ничего вокруг.
На табуреточке под потолком стоит Любовь К Людям и равнодушно намыливает веревку. Ну, да не впервой, думает Спокойствие, она у нас дама нервная, чуть что - сразу вешаться. Авось и в этот раз обойдется.
На малахитовом журнальном столике Демонстративность рисует флюрной краской яркую афишку на ближайшее представление местного театра абсурда. Креативность рядом сочиняет текст для флаера - все равно ей в последнее время больше нечем заняться. Чувство Юмора вспоминает похабные анекдоты. Кажется, оно опять упилось сверх меры. Оптимизм разливает и подпихивает его локтем - не пропускай, чо ты как баба? Надежда кокетливо хихикает, закусывая долькой лайма. Эти двое - ее любимые собутыльники.
В углу, захлебываясь кровью, скулит Доверие, кажется, опять нарвалось и получило по... заслугам. Как оно еще не издохло? - вяло вопрошает Любопытство. Сочувствие брезгливо отворачивается - добить противно, смотреть надоело.
Самолюбие в парадных джинсах куртуазно пьет дорогой коньяк и любуется происходящим - представление театра абсурда будет знатное, такого тут еще не видели.
Разум неприкаянно бродит от стены к стене и ни во что не вмешивается - он не спал две недели и на данный момент присутствует скорее формально.
Когда здесь был Здравый Смысл, уже никто и не помнит. И был ли он вообще.
Отчаяние долбилось в дверь и пыталось сбежать, но Похоть никуда его не отпустила.
На полу в позе лотоса сидит толстое, разожравшееся Спокойствие, которое иронично косится на свою сестру Апатию. Та, оперевшись на спину старшего брата, смотрит в одну точку и не замечает ничего вокруг.
На табуреточке под потолком стоит Любовь К Людям и равнодушно намыливает веревку. Ну, да не впервой, думает Спокойствие, она у нас дама нервная, чуть что - сразу вешаться. Авось и в этот раз обойдется.
На малахитовом журнальном столике Демонстративность рисует флюрной краской яркую афишку на ближайшее представление местного театра абсурда. Креативность рядом сочиняет текст для флаера - все равно ей в последнее время больше нечем заняться. Чувство Юмора вспоминает похабные анекдоты. Кажется, оно опять упилось сверх меры. Оптимизм разливает и подпихивает его локтем - не пропускай, чо ты как баба? Надежда кокетливо хихикает, закусывая долькой лайма. Эти двое - ее любимые собутыльники.
В углу, захлебываясь кровью, скулит Доверие, кажется, опять нарвалось и получило по... заслугам. Как оно еще не издохло? - вяло вопрошает Любопытство. Сочувствие брезгливо отворачивается - добить противно, смотреть надоело.
Самолюбие в парадных джинсах куртуазно пьет дорогой коньяк и любуется происходящим - представление театра абсурда будет знатное, такого тут еще не видели.
Разум неприкаянно бродит от стены к стене и ни во что не вмешивается - он не спал две недели и на данный момент присутствует скорее формально.
Когда здесь был Здравый Смысл, уже никто и не помнит. И был ли он вообще.
Отчаяние долбилось в дверь и пыталось сбежать, но Похоть никуда его не отпустила.
Забавно...
ReplyDeleteИнтересно, что у меня творилось в голове в 8-9 лет.
Первая психологическая и моральная псевдотравма.
Цирк в моем сознании точно был тогда.
И ушел вот только в подсознание, периодически подавая галлюцинации уже в само сознание и восприятие действительности тем самым.
Аншлаг такой веселый был, мммм...