Знаешь, я точно уверена, что этот год будет длиннее, и дней будет больше прежнего, а солнце будет снова золотить своими лучиками блёстки снега. Непонимания станет меньше, и польется по венам вновь счастье, и люди будут улыбаться друг другу искренне, а свободные птицы по утрам будут петь о милосердии. И будет к кому спешить сквозь серую колючую шерсть сумерек, чтобы потом на пару пугать чопорных интеллигентных соседей бессвязными, первобытными возгласами, пропахшими пошлой влагой, древним бесстыдством и волей, а всё это из-за того, что будет чувство, которое свет не видывал уже лет сто; и будут ещё ночи, что гуще и черней кофейного напитка, и в них текут какие то другие реки времён, стоя по колено в которых можно понимать друг друга без слов и каких то других неуклюжих приспособлений, а по утрам будут рвать дикари динамики, рассыпая по комнатам бусины тяжелых ритмов, и на фотографиях будут тайком расцветать чужие поцелуи, и люди ещё умрут, и новые галактики родятся, и маленькие будут проситься на руки, и мудрецы НАТО и других аббревиатур будут благосклонно смотреть на нас через слюду и кристаллы экранов, и небо будет глубоко дышать сырой землёй по весне, и у меня появится душа, и она будет жить, а когда нам всё-всё надоест, мы уедем куда-нибудь на окраину Парижа, в квартиру, где из окон видны только лохматые лапы сиреневых кустов и кусок Эйфелевой железки, а всё потому, что в Новом Году чудеса случаются, а мечты исполняются.